Я.Л.Вишневский

Из всего что вечно, самый краткий срок у любви.(с) Януш Леон Вишневский. Одиночество в сети.

В некоторые моменты жизни, очень важно, чтобы кто-то или что-то появилось и помогло тебе.
Именно чтобы не вспомнилось, а появилось.
Вот так, случайно, полтора года назад, в мою жизнь пришли книги Вишневского.
А ведь изначально, это было даже скорее случайностью)
На одной из тренировок по ЧГК был вопрос про знак @ перед главами в Одиночестве.
А через пару дней, я ехала в метро и увидела у девушки в руках Повторение. Я, как истинный фанат чтения чужих книг в метро, прочитала около половины страницы. И мне хватило.
В этот же вечер скачала себе ОвС.
Мне кажется, что я прочитала эту книгу за 2 ночи.
Просто потому что в первую ночь, уснула на ноуте.)
И так дальше были все остальные книги.
До сих пор, непрочитанными остались только 2 последние главы в Бикини.
Потому что я не знаю, что я буду делать, если у меня кончатся все книги Вишневского.
Затягивает, как наркотик. Как очень сильный наркотик.
К примеру, в случае с Одиночеством, я не видела НИ ОДНОГО человека, которому бы книга не понравилась. Это, меня, действительно, поразило.
Может быть, когда-нибудь, я расскажу подробней про каждую книгу.
А пока что, приведу свой любимый отрывок из письма в Одиночестве.

Он не должен был ждать! И тем не менее ждал.
Она не должна была писать ему письма! И тем не менее она писала.
Он не выносил, когда она обращалась к нему в письмах «Брат Анджей».
Из Рима он возвращался поездом. В Кракове он не вышел. Доехал до Люблина. Он хотел сказать ей, что так не должно быть. У него все было подготовлено. От самой Вены он готовил в поезде речь, которую скажет ей. Выверил в ней каждое слово.
Он стоял перед ее монастырем. Она вышла к нему. Но он не произнес ни слова из тех, что подготовил. Они стояли в воротах и не смотрели друг на друга. Стояли, опустив головы, уставясь в землю. Они боялись собственных мыслей. Грехом было уже то, что они стояли рядом. Грехом было уже то, что после того сельского костела под Ченстоховой он все время думал о ней. Грехом было то, что она снилась ему. Грехом было то, что во сне она вовсе не была монахиней Анастазией. Грехом было то, что во сне у нее были губы, которых он касался пальцами.
Вдруг Анастазия ушла обратно в монастырь. Но через минуту вернулась, взяла его за руку, и они побежали. Они остановились в каком то парке. Она встала за деревом и приникла губами к его губам. Ее язык раздвинул их и протискивался сквозь его стиснутые от удивления и волнения зубы. Монашка в рясе почти в самом центре Люблина целовалась с монахом в рясе!
Этот поцелуй был как инициация. Потом уже был только грех. Они устраивали свидания почти по всей Польше. Чем дальше от Люблина и Кракова, тем лучше. За руки они держались, только когда оказывались одни. На людях они прикасались друг к другу лишь украдкой и на мгновение. Так они давали знать друг другу о своем желании. О Боге они не упоминали, хотя все время ощущали его осуждение. И только через год после того поцелуя в парке во время первой их ночи, когда они нагие бесстыдно наслаждались он сказал ей, что любит ее больше, чем боится кары. Любой кары.

А вообще, это всё к тому, что:
http://bookvoed.ru/2828one_news.html
12 июня в 18:00 в Буквоеде на Стачек будет Творческая встреча с Янушем Леоном Вишневским.
Уверяю вас, не пожалеете, если придёте.)